Нам, привыкшим на оргиях диких, ночных

Пачкать розы и лилии красным вином,

Никогда не забыться в мечтах голубых

Сном любви, этим вечным, чарующим сном.

Могут только на миг, беглый трепетный миг

Свои души спаять два земных существа

В один мощный аккорд, в один радостный крик,

Чтоб парить в звездной бездне, как дух божества.

Этот миг на востоке был гимном небес –

В темном капище, осеребренном луной,

Он свершался под сенью пурпурных завес

У подножья Астарты, холодной ночной.

На камнях вместо ложа пестрели цветы,

Медный жертвенник тускло углями горел,

И на тайны влюбленных, среди темноты

Лик богини железной угрюмо смотрел.

И когда мрачный храм обагряла заря,

Опустившись с молитвой на алый песок,

Клали тихо влюбленные у алтаря

Золотые монеты и белый венок.

Но то было когда-то… И, древность забыв,

Мы ту тайну свершаем без пышных прикрас…

Кровь звенит. Нервы стонут. Кошмарный порыв

Опьяняет туманом оранжевым нас.

Мы залили вином бледность нежных цветов

Слишком рано при хохоте буйных речей –

И любовь для нас будет не праздник богов,

А разнузданность стонущих, темных ночей.

Со студеной волною сольется волна

И спаяется с яркой звездою звезда,

Но то звезды и волны… Душа же одна,

Ей не слиться с другой никогда, никогда.

1908

Read More

Ты, смеясь, средь суеты блистала

Вороненым золотом волос,

Затмевая лоск камней, металла,

Яркость мертвенных, тепличных роз.

Прислонясь к камину, с грустью острой

Я смотрел, забытый и смешной,

Как веселый вальс в тревоге пестрой

Увлекал тебя своей волной.

Подойди, дитя, к окну резному,

Прислонись головкой и взгляни.

Видишь – вдоль по бархату ночному

Расцвели жемчужины-огни.

Как, друг другу родственны и близки,

Все слились в алмазном блеске мглы,

В вечном танце пламенные диски –

Радостны, торжественны, светлы.

То обман. Они ведь, так далеки,

Мертвой тьмой всегда разделены,

И в толпе блестящей одиноки,

И друг другу чужды, холодны.

В одиночестве своем они пылают.

Их миры громадны, горячи.

Но бегут чрез бездну – остывают,

Леденеют жгучие лучи.

Нет, дитя, в моей душе упреков.

Мы расстались, как враги, чужды,

Скрывши боль язвительных намеков,

Горечь неразгаданной вражды.

Звездам что? С бесстрастием металла

Освещают вечность и хаос.

Я ж все помню – ласку рта коралла,

Сумрак глаз и золото волос.

<1909>

Read More